А.А.Тахо-Годи: «Ощущение Божественного присутствия у меня было всегда…»


К 100-летию Азы Алибековны Тахо-Годи, филолога-классика, профессора МГУ, известного соавтора и помощника философа Алексея Федоровича Лосева. Интервью Елены Малер.

100 лет «Философскому пароходу»


100 лет назад, осенью 1922 года, “власть рабочих и крестьян” совершила одно из своих самых страшных преступлений – под страхом смерти изгнала из страны цвет русской интеллектуальной культуры: сначала, 29 сентября, было выслано 33 человека, с семьями, на пароходе «Обербургомистр Хакен», а потом, 16 ноября, еще 17 человек, также с семьями, на пароходе «Пруссия».

Русская идея и христианский персонализм


В той степени, в которой Россия действительно ориентируется на православное христианство, в той степени ее фундаментальной, имплицитной, потенциальной философией является именно православный персонализм, который может и должен составить мировоззренческую основу полноценной Русской идеи – уникальной и универсальной.

100 лет со дня рождения Юрия Лотмана


“Но Россия – часть Европы, и культура ее – часть христианской цивилизации. Нести эту цивилизацию на восток – ее историческая миссия”.

Прозрения и затмения Константина Леонтьева


За одну только реабилитацию Византии и византизма в русской общественной мысли Константину Леонтьеву необходимо поставить памятник в центре Москвы, а его имя должно быть знакомо каждому гражданину России не меньше, чем имена тех могильщиков византийского наследия, монументы которым до сих пор позорят центр Третьего Рима.

«Идея Церкви в философии Владимира Соловьева» — выступление Алексея Козырева


«Идея Церкви в философии Владимира Соловьева» — выступление Алексея Павловича КОЗЫРЕВА (философский факультет МГУ) в Лектории храма Троицы на Воробьевых горах и МГУ к 120-летию…

120 лет смерти философа Владимира Соловьева


Именно эти три причины – успешно проповедуемый идеализм, энциклопедический универсализм и социально активный христианский гуманизм – способствовали уникальной популярности Владимира Соловьева среди русских интеллектуалов. И мы должны всегда иметь в виду эти преимущества философии Соловьева и его последователей, чтобы адекватно оценивать их роль в истории русской религиозной мысли.