Бог. Православие. Конституция.


Аркадий Малер

В отношении будущего, как обозримого, так и сколько угодно далекого, я занимаю позицию христианского реализма: земного рая точно не будет и все утопии точно невозможны, но назвать все происходящее земным адом — только Бога гневить. В истории России и мирового Православия были периоды и эпохи, по сравнению с которыми мы живем в самые лучшие времена, и поэтому любое пораженчество сегодня это просто следствие внешней избалованности и внутреннего уныния, не более того. И поэтому от грядущей конституционной реформы лично я ничего особенного не жду — то, что наша Конституция и само государство не раз изменятся, мне всегда было очевидно. И эта реформа — лишь один из этапов этого изменения.

Но раз уже на этом этапе, уже сегодня на полном серьезе обсуждаются фундаментальные идеологические изменения в основном законе нашей страны, то упоминание Бога в Конституции — это просто тот минимум миниморум, который сделает ее хоть сколько-нибудь осмысленной в христианской истории. В философии права упоминание Бога — это ссылка на абсолютную личность как предельную сверхценность и источник всех ценностей, это онтологическое обоснование всех ценностей, начиная с ценности самого суверенитета, который в чисто секулярном мировоззрении фактически «подвешен в воздухе» и ни к чему не обязывает. Поэтому, если даже упоминания Бога в этой Конституции не будет, то нам придется честно констатировать, что между российской государственностью и русской культурой (не говоря уже — Русской Церковью) все-таки существует принципиальное противоречие и это вовсе не случайность и недоразумение, а вполне сознательная позиция самого государства.

Предложение Патриарха Кирилла упомянуть Бога в российской Конституции — это то, что должно было бы быть сделано еще в начале 90-х, вместе с введением имперского герба и выходного на 7 января. Не говоря уже о том, что как правильно заметил Святейший Патриарх, в тексте нашего гимна уже присутствует ссылка на Бога — «хранимая Богом родня земля!».
Действительно, верующих в Бога, причем именно теистов, в нашей стране — абсолютное большинство, сюда входят представители всех авраамических конфессий и всех верующих в «Бога в душе». Поэтому контраргумент от какой-то «светскости» здесь в принципе не работает.

Напомню, что когда французские революционеры решили написать «Декларацию прав человека и гражданина», то внесли туда слова о «Верховном Существе» (Être suprême), самом деле отражающие один из конкурирующих культов гражданской религии, спешно навязываемый французам вместо прежнего христианства. И эти слова там до сих пор остаются: «Национальное собрание признает и провозглашает перед лицом и под покровительством Верховного существа следующие права человека и гражданина»… И никого особенно эта ссылка на «Верховное существо» в столь секулярной стране, как Франция, не раздражает.

Так кого тогда должно раздражать упоминание Бога в Конституции России? Разве что воинствующих безбожников, но тогда надо прямо заявить, что мнение этой «части общества» принципиально важно для формирования оптимального будущего нашей страны. Абсурд же.

Но по большому счету необходимо не только упоминать Бога, но оговаривать историческое значение Православного Христианства как культурообразующего и даже государствообразующего фактора, что очень важно хотя бы для противодействия всевозможным западным и восточным сектам и учениям, которые в постсекулярную эпоху будут куда более популярны, чем давно иссушенный и опустошающий атеизм.

Это не введение госрелигии, это просто констатация объективного исторического факта и фундаментального культурного фактора, определяющего русскую (и даже шире — российскую) национальную идентичность.

Для Церкви это упоминание Православия в Конституции абсолютно необходимо потому, что лишит всех ее врагов маловразумительного аргумента о том, что мы живем в «светском государстве и поэтому РПЦ имеет не больше прав, чем любая иностранная секта». После такого нововведения мы так и будем жить в т.н. светском государстве, но все вопросы о том, почему на гербе России так много крестов или почему федеральные чиновники так часто демонстрируют свою приверженность «одной из конфессий на территории Российской Федерации», отпадут как конституционно неадекватные.

Для государства это положение о Православии также абсолютно необходимо, чтобы подчеркнуть культурную идентичность российской государственности и обозначить историческую преемственность от исторической же России — от самого великого князя Владимира, огромный памятник которому совсем недавно поставили прямо напротив Кремля.

И очень важно, чтобы в Конституции упоминалось не просто слово «Православие», а именно «Православное Христианство», так будет правильно и с вероучительной, и с научной, и с политической точки зрения, и не даст возможность для ложных толкований этого термина.

Февраль 2020 года

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

двенадцать − два =